libc/crt0: возврат из main завершает программу по-настоящему

Два бага одного пути завершения, оба видны только на железе.

1. ЗВУК ПРОДОЛЖАЛСЯ ПОСЛЕ ВЫХОДА.  cbl_close() закрывает СЕССИЮ, но не
гасит железо: bit7 порта 0x004E держит gfx_wait_vsync ради бита луча,
поэтому порт оставался включённым ("немой" режим), и CBL крутил свои 256
слотов уже под шеллом — тихо ровно до первой чужой записи в порт данных,
а дальше она зацикливалась.  Новый cbl_shutdown() гасит bit7 независимо
от держателей и центрует ЦАП обычного COVOX; pop_shutdown зовёт его
последним действием, а _cbl_open_raw регистрирует в atexit его, а не
cbl_close.

2. ЦЕПОЧКА atexit НЕ ВЫПОЛНЯЛАСЬ ПРИ ВОЗВРАТЕ ИЗ main.  crt0 уходил прямо
в ESTEX EXIT, то есть нарушал контракт C (возврат из main = exit(status)).
Молча терялись не только гашение звука и снятие vsync-ссылки, но и
_fclosall: буферизованная запись в файлы пропадала, если программа не
звала exit() явно.  Теперь crt0 после main дёргает _atexit_hook.

Косвенность обязательна: прямая ссылка crt0 на разматыватель притащила бы
его и стек хендлеров в КАЖДУЮ программу.  Указатель живёт в отдельном
data-модуле (два байта _DATA, ни байта кода), ставит его сам atexit() при
первой регистрации — нет регистраций, нет и кода.  Тот же приём, что у
_irq_cbl_hook.

Цена замерена: +14 Б всем программам (блок в crt0) и +64 Б тем
одиннадцати, что реально регистрируют хендлеры (CBL, файловые через
_fclosall, irqtest, gfx_dbuf, solidt) — у них раньше эти хендлеры были
мёртвым кодом.  Эталоны обновлены (кроме atlas: его +434 Б не отсюда,
замерен тот же и без этих правок).

Проверено в MAME: старт и звук как были, выход по F10 возвращает в шелл
чисто (текстовый режим восстановлен, зависания нет), повторный запуск
работает.  Пункт 1 проверяется только на железе.

Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
Claude-Session: https://claude.ai/code/session_01DSYUpuaQpKr48kBav2iiV4

libc/cbl/cbl_shutdown.c

@@ -0,0 +1,38 @@
+/*
+ * cbl_shutdown — ЖЁСТКО погасить звук перед возвратом в шелл.
+ *
+ * ЧЕМ ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ cbl_close().  Тот закрывает СЕССИЮ: снимает насос и
+ * пересчитывает порт по текущим держателям.  А держатель обычно есть —
+ * gfx_wait_vsync() занимает bit7 навсегда ради бита луча (см. _cbl_port.c),
+ * — и порт остаётся включённым в "немом" режиме.  Для работающей программы
+ * это правильно, но при выходе означает, что железо продолжает крутить свои
+ * 256 слотов уже под шеллом: тихо ровно до первой чужой записи в порт
+ * данных, а дальше эта запись зацикливается навсегда.
+ *
+ * ПОЧЕМУ НЕЛЬЗЯ ПОЛОЖИТЬСЯ НА atexit.  Цепочку atexit разматывает только
+ * exit() (libc/sys/exit.c), а crt0 при ВОЗВРАТЕ ИЗ main уходит прямо в
+ * ESTEX EXIT (runtime/crt0_banked.s) — ни один хендлер не выполняется.
+ * Значит и снятие vsync-ссылки, и cbl_close из atexit при обычном
+ * `return 0;` из main не происходят.  Поэтому выключение должно быть
+ * ЯВНЫМ действием программы, а не следствием чужой уборки.
+ *
+ * Что делает: закрывает сессию (если была), обнуляет счётчик держателей —
+ * программа уходит, держать порт больше некому, — гасит bit7 и центрует
+ * ЦАП обычного COVOX (при выключенном CBL записи в порт данных идут прямо
+ * в него, см. _cbl_prime.c), чтобы вместо щелчка осталась ровная тишина.
+ *
+ * Идемпотентно; звать последним действием завершения.
+ */
+
+#include "_cbl.h"
+#include "../irq/_irq.h"   /* IRQ_DISABLE/IRQ_ENABLE */
+
+void cbl_shutdown(void)
+{
+    cbl_close();                 /* снять насос и отпустить IM2-таблицу */
+    IRQ_DISABLE();
+    _cbl_port_refs = 0;          /* держателей больше нет: программа уходит */
+    _cbl_ctrl(0);                /* bit7 = 0 — CBL выключен целиком */
+    _cbl_prime(0x80);            /* ...и ЦАП COVOX в центре, без щелчка */
+    IRQ_ENABLE();
+}