_irq_user → _irq_chain[4]+_irq_chain_n (W2-BSS); трамплин tr_frame
проходит слоты (один тяжёлый сейв на всю цепь, пустой слот пропуск).
API irq_chain_add (0/-1+ENOMEM) / irq_chain_remove(h); irq_install →
обёртка chain_add (EBUSY исчез), irq_remove() рвёт всю цепь; refcount
таблицы на первом/последнем слоте, мутации под IRQ_DISABLE. Лимит
4 кадровых + 1 CTC.
All-modes: трамплин copy-safe (только jr/djnz + литерал jp 0x0038),
_irq_table_ref копирует его в _irq_tramp_w2buf (W2) когда оригинал в W1
(small/huge), вектор → на копию; вокруг вызова хендлеров восстанавливает
базовую W1-страницу (_irq_app_w1_page = IN 0xA2). Хендлер может лежать
где угодно в плоском 0x4000-0xBFFF.
Проверено в MAME (tests/irqtest, 2 хендлера): tiny/big/huge — chain
h1=h2 → remove h2 → h1 жив/h2=0; huge = код в W1, remap работает.
Follow-up: CTC в small/huge = EINVAL (нужна W2-копия _irq_ctc_tramp);
small для мелких программ (BSS в W1) = irq_install EINVAL, safe.
Доки: im2_isr_design (цепочка), sprite-api §9е (делитель поверх цепи),
fast_ram §8. rpgprof: gfx_sprite_ysort в профиль (+230 Б baseline).
Co-Authored-By: Claude Opus 4.8 <noreply@anthropic.com>
CBL уже имеет аппаратный буфер 256 Б (2×128, двойная буферизация на
стороне железа) — держать поверх него ещё одно кольцо в libc было бы
лишней копией. cbl_open(freq, fmt, pump_mode, underrun_mode, fill)
регистрирует callback, вызываемый из ISR за очередным блоком; он сам
пропихивает данные приложения (откуда угодно) через cbl_push_otir()/
cbl_push_accel() — без промежуточного буфера.
- два насоса: OTIR (порт 0x4F) и ACCEL (акселератор, спец-страница
EMM 0xFD@0xC000); OTIR+16-бит запрещён (EINVAL) — по исходнику MAME
порт данных физически не может собрать 16-бит сэмпл из пары байт;
- форматы CBL_FMT_MONO8/16/STEREO8/16, частоты 7.8..109к;
- CBL_UNDERRUN_APP (по умолчанию, недолив не наша забота) /
CBL_UNDERRUN_SILENCE (буфер тишины malloc'ится только в этом режиме);
- tests/cbltest: матрица 64 комбинации (2 насоса × 8 форматов × 4
частоты); tests/cblwav: banked-стрим речи с дискеты (физстраницы
кэшированы заранее — mem_get_page нельзя звать из fill()/ISR);
tests/cblstream: единственный случай с собственным кольцом уровня
приложения (диск нельзя читать из fill()).
Verified в MAME 2026-07-07 — все три теста работают.
Co-Authored-By: Claude Sonnet 5 <noreply@anthropic.com>
- irq_ctc_install(handler, div2, div3) / irq_ctc_remove: канал 2 CTC
делит видеотакт 875 кГц (1 тик = 1 знакоместо), канал 3 считает от
него и прерывает; f = 875000/(div2*div3), div 0 = 256. Пресет
IRQ_CTC_VSYNC_DIV2/3 = 112*160 — точное начало кадра ~48.8 Гц БЕЗ
примеси клавиатуры (вектор 0x06 отделён от общего 0xFF)
- CTC-трамплин: полный сейв -> handler -> EI/RETI; RETI обязателен
(daisy chain Z84C015 снимает IUS только по опкоду RETI); к DSS не
чейнится — личное прерывание
- общая IM2-таблица под счётчиком ссылок (_irq_table.c): кадровый и
CTC-хендлеры независимы, последний unref возвращает I/IM 1;
atexit-уборка глушит CTC обязательно (иначе кГц-прерывания душат
шелл после выхода)
- порты/слова по docs/samples: CH0=0x10/CH2=0x12/CH3=0x13,
0x57/0xD7/вектор в CH0, стоп 0x03
- irqtest: CTC-vsync параллельно с кадровым + произвольная частота;
MAME: frame 48 Гц, ctc(vsync) 49 Гц (parallel frame жив),
ctc(50x50) 350 Гц точно по формуле, remove/выход чистые
Co-Authored-By: Claude Fable 5 <noreply@anthropic.com>
Первая версия висла на первом прерывании. Две причины (verified по
docs/samples/sprinterIntLib.asm, SIO_CTC_KEY.asm и исходникам MAME):
- DSS работает в IM 1 (обработчик 0x0038); I=0x3F — наследие Spectrum
ROM, НЕ таблица: чтение [I<<8|0xFF] давало мусор (0x00BF) и прыжок в
никуда. Чейн из трамплина теперь ВСЕГДА jp 0x0038 (interrupted-PC на
стеке = имитация RST 38); irq_remove безусловно восстанавливает IM 1
- CBL-фильтр по биту 7 порта 0xFE убран: при выключенном CBL бит
подтянут к 1 (MAME kbd_fe_r: data |= 0xE0) — каждый кадр ложно
уходил в чейн, user-handler не вызывался бы. Вернуть в Phase 2
вместе с поддержкой CBL
Попутно подтверждено: порт 0x19 = SIO-A RR0 (Z84C015), бит 0 = Rx
Available; вектора встроенной периферии SIO 0x10..0x1E / CTC 0x06
(заливка 257×H ловит любые); внешний вектор 0xFF.
irqtest: диагностика I до установки + фаза без ESTEX; прогон в MAME:
~49 Гц, клавиатура жива, remove останавливает тики, чистый выход.
Co-Authored-By: Claude Fable 5 <noreply@anthropic.com>
Проще исходного плана (docs/im2_isr_design.md обновлён): отдельный
--memory im2 не понадобился.
- <irq.h>: irq_install(handler) — вызов ~50 Гц только на КАДРОВЫХ
прерываниях (клавиатура bit0:0x19 и CBL bit7:0xFE отфильтровываются);
штатный обработчик DSS чейнится ВСЕГДА (SMC-jp, адрес из старой
IM2-таблицы по регистру I) — клавиатура/SYSTIME/мышь живут
- вектор-таблица: 513 Б BSS + runtime-выравнивание; Sprinter шлёт
только вектор 0xFF, поэтому jp-заглушка лежит внутри самой таблицы
по смещению H — без linker-областей и правок crt0
- трамплин: полный сейв обоих наборов+IX/IY вокруг user-handler'а
(ex af,af' как .db 0x08 — апостроф ломает препроцессор SDCC)
- tiny/big: работает (код в W2); small/huge: EINVAL по проверке
адресов; irq_remove идемпотентен и висит на atexit (выход без
снятия = I в памяти умершего процесса = крах шелла); old_I==0 → IM1
- tests/irqtest: тики за 3 с против time() (~50 Гц), живая клавиатура
под handler'ом, остановка после remove, чистый выход
- docs: im2_isr_design (статус+дельты), libc-reference (<irq.h>), TODO
Co-Authored-By: Claude Fable 5 <noreply@anthropic.com>
snark13