Sprinter-SDCC/docs/im2_isr_design.md

IM2 Interrupt Handlers — Design Document

Status: Phase 1 (2026-07-06), Phase 2a CTC (2026-07-07), Phase 2b CBL (2026-07-07, редизайн на callback без кольца — см. ниже) РЕАЛИЗОВАНЫ (libc/irq: irq_install/irq_remove + трамплин, irq_ctc_install/remove; libc/cbl: cbl_open/close/push_otir/push_accel + fill-callback; тесты tests/irqtest, tests/cbltest, tests/cblwav, tests/cblstream). Callback-редизайн verified в MAME 2026-07-07: все три CBL-теста (cbltest — матрица 64 комбинации; cblwav — banked-стрим, голос слышен; cblstream — собственное кольцо приложения) работают.

Результаты verification (2026-07-06, по docs/samples и исходникам MAME)

Первая версия зависала на первом же прерывании после irq_install. Причины и проверенные факты:

• DSS работает в IM 1 (обработчик на 0x0038). I=0x3F — наследие Spectrum ROM, НЕ признак IM 2-таблицы. Доказательства: docs/samples/sprinterIntLib.asm (intRestoreDefaultInterrupt: ld i,a
  • im 1 безусловно, «обязательно перед функциями дос и биос») и docs/samples/SIO_CTC_KEY.asm (выход: LD I,A + IM 1). Чтение «таблицы DSS» по [I<<8+0xFF] давало мусор (0x00BF) и было причиной зависания. Фикс: чейн из трамплина ВСЕГДА на 0x0038 (jp с interrupted-PC на стеке = имитация RST 38); irq_remove всегда восстанавливает IM 1 (I — только регистр).
• CBL-фильтр по биту 7 порта 0xFE убран из трамплина: в MAME при выключенном CBL бит 7 всегда = 1 (sprinter.cpp kbd_fe_r: data |= 0xE0), и каждое кадровое прерывание ложно классифицировалось как CBL — user-handler не вызывался бы никогда. Признак «#fe.bit7=1» (sprinterIntLib.asm) имеет смысл только при активном CBL — вернуть в Phase 2 вместе с поддержкой CBL.
• Порт 0x19 = SIO-A RR0 (Z84C015), бит 0 = «Rx Character Available» — семантика клавиатурного пробника верна (подтверждено sprinterIntLib.asm: in a,(COM_A); bit 0,a; Z → кадровое).
• Вектора встроенной периферии Z84C015: SIO — 0x10..0x1E, CTC — 0x06 (базовые вектора задаются записью в WR2 SIO-B / CTC ch0). Штатно их прерывания выключены (сэмплы включают/выключают их сами); наша заливка 257×H перехватывает любой вектор на трамплин, а чейн на 0x0038 безопасен для любого источника.
• Внешний вектор действительно 0xFF (MAME sprinter.cpp: set_irq_acknowledge_callback → 0xff).

Отличия реализации от плана ниже:

• отдельный --memory im2 НЕ понадобился: таблица — статический буфер 513 Б в BSS с выравниванием в рантайме; т.к. внешний вектор — только 0xFF, значимы лишь байты [0xFF]/[0x100], и 3-байтовый jp _irq_tramp лежит ВНУТРИ таблицы по смещению H (H = старший байт её адреса, < 0xC0 — не пересекается). Никаких linker-областей и правок crt0;
• работает в tiny/big (код и данные в W2); в small/huge irq_install возвращает EINVAL (проверка адресов трамплина/буфера);
• чейн к DSS — ВСЕГДА и всегда на 0x0038 (и клавиатура, и кадр): не нужно знать, что DSS делает в своём ISR — SYSTIME/клавиатура/мышь живут. User-handler зовётся только на кадровых (фильтр: бит 0 порта 0x19 → мимо); финальный jp — SMC-операнд;
• W3-порт в трамплине НЕ сохраняется: gfx держит DI на время свопов, а user-handler'у banking запрещён; DSS свои окна сохраняет сам;
• irq_remove вешается на atexit (выход без снятия = IM 2/I указывают в память умершего процесса = крах шелла); восстановление — всегда IM 1.

Phase 2a — CTC-таймер (РЕАЛИЗОВАН 2026-07-07)

irq_ctc_install(handler, div2, div3) / irq_ctc_remove() — вектор 0x06, ОТДЕЛЬНЫЙ от кадрового 0xFF (решает проблему «кадр и клавиатура неразличимы»). Механика (по docs/samples/sprinterIntLib.asm и SIO_CTC_KEY.asm):

• CTC Z84C015: канал 2 тактируется видеотактом 875 кГц (1 тик = 1 знакоместо) и работает делителем; канал 3 считает от канала 2 и прерывает. f = 875000/(div2*div3), div 0 = 256;
• пресет IRQ_CTC_VSYNC_DIV2/3 = 112×160 (2 пикс. линии × 160 = 320 линий) — точное начало кадра ~48.8 Гц;
• порты: CH0=0x10, CH2=0x12, CH3=0x13; control-слова 0x57 (ch2: counter, int off) / 0xD7 (ch3: counter, int on); базовый вектор блока пишется в CH0 (0 → вектор ch3 = 0x06); стоп = 0x03 (reset);
• RETI обязателен в CTC-трамплине: daisy chain Z84C015 снимает IUS только по опкоду RETI — с RET следующее прерывание не придёт;
• CTC-путь НЕ чейнится к DSS (личное прерывание); кадровые/клавиатурные 0xFF идут своим путём параллельно;
• общая IM2-таблица под счётчиком ссылок (_irq_table.c): кадровый и CTC-хендлеры ставятся/снимаются независимо, последний возвращает I/IM 1; atexit-уборка глушит CTC ОБЯЗАТЕЛЬНО (иначе после выхода прерывания кГц-частоты душат шелл).

Phase 2b — CBL/COVOX audio (РЕАЛИЗОВАН 2026-07-07, редизайн без кольца)

libc/include/cbl.h: cbl_open(freq_code, fmt, pump_mode, underrun_mode, fill) / cbl_close() / cbl_push_otir(src,n) / cbl_push_accel(src,n) / cbl_requests() / cbl_underruns(). По docs/samples/Пример для CBL.asm, разделу «Звук через COVOX-Blaster» в docs/converted/Forum.txt, официальной документации "5.3 COVOX-Blaster" (see below) и docs/converted/accel_r.txt:

Архитектурный редизайн (2026-07-07): у CBL УЖЕ ЕСТЬ собственный аппаратный буфер 256 Б, разбитый на ДВЕ половины по 128 Б (double buffering целиком на стороне железа — см. официальную доку: "Блок ОЗУ 256 байт условно разбит на две банки по 128 байт, и бит 7 порта #FE указывает какая из банок ОЗУ выводится в ЦАП... используется программой вывода для определения, нужно ли подгружать следующие 128 байт"). Держать ЕЩЁ ОДНО кольцо в libc поверх этого — лишний второй буфер и лишняя копия. Библиотека теперь НЕ хранит кольца: при cbl_open() регистрируется callback fill(n), который ISR вызывает НАПРЯМУЮ, а callback сам пропихивает n байт ИЗ ДАННЫХ ПРИЛОЖЕНИЯ (статический массив, банковая EMM-страница, файл — что угодно) прямо в CBL через cbl_push_otir()/cbl_push_accel() — без промежуточной копии в libc. Пример из офиц. документации делает ровно это: OUTI читает прямо из HL, указывающего в банковую страницу с WAV-данными, без всякого стейджинга.

fill(n) вызывается ИЗ ISR — ОБЯЗАН быть быстрым: никаких ESTEX/BIOS/gfx-вызовов (тот же констрейнт, что у irq_install()- хендлера). В частности, диск (read() — ESTEX) читать из fill() НЕЛЬЗЯ — см. tests/cblstream ниже, где под это заведено собственное кольцо уровня приложения. Возвращает ненулевое при успехе, 0 — недолив.

• Control-порт 0x004E — 16-битный (ld bc,#0x004E / out (c),a, не 8-битный out (n),a). Биты: 7 = CBL on, 6 = stereo, 5 = 16-bit, 4 = interrupt enable, 3..0 = код частоты (8=7.8125 кГц…F=109.375 кГц, 0/1 — legacy-режим без сэмплирования). cbl_open шлёт 0x90|fmt|freq (on + int + формат + частота) под DI, cbl_close шлёт 0.
• Формат — CBL_FMT_MONO8/MONO16/STEREO8/STEREO16 (2026-07-07): биты 5(16-бит)/6(stereo) напрямую соответствуют константам, можно OR'ить с freq. Блок запроса — 128 Б для 8-бит, 256 Б для 16-бит (НЕ зависит от моно/стерео — см. Forum.txt: «для каждых 128 байт (256 в режиме 16 бит)»); тишина — 0x80 (8-бит unsigned) или 0x0000 (16-бит signed). 8-бит сэмплы центр 0x80, 16-бит центр 0x0000, stereo — чередование L/R. Runtime-размер блока — _cbl_block (128 или 256), заполняется в cbl_open по fmt.
• Два насоса, выбор — CBL_PUMP_OTIR/CBL_PUMP_ACCEL (2026-07-07):
  • OTIR (_cbl_pump_otir) — блок в порт 0x4F через otir; B=младший байт _cbl_block (128 остаётся 128, 256 идёт как 0 — Z80 OTIR: B=0 значит 256 итераций). Проверено в MAME (звук слышен, 0 underrun).
  • ACCEL (_cbl_pump_accel) — запись через акселератор в спец-страницу EMM 0xFD, замапленную в окно W3 на 0xC000 (Forum.txt: «запись данных в COVOX-Blaster... 128/256 байт с адреса 0xC000»). Последовательность (по accel_r.txt + рабочему прецеденту libc/gfx/_gfx_hfill256.c): LD D,D (режим размера блока) → immediate LD A,n (SMC-патч, 0 значит 256 — тот же трюк, что и в OTIR) → LD L,L (режим "копирование блока") → LD A,(HL) / LD (DE),A (блочное чтение источника → блочная запись в 0xC000@стр.0xFD) → LD B,B (выкл). Акселератор НЕ продвигает HL/DE сам — advance после пересылки делается вручную (add hl, (block)). W3 сохраняется/восстанавливается вокруг переключения (как bank_read/bank_write); доп. DI/EI не нужны — весь насос целиком уже внутри ISR (прерывания замаскированы до EI/RETI трамплина). Verified в MAME 2026-07-07 — tests/cbltest, все 32 accel-комбинации матрицы прошли без ошибок/underrun.
  • Общий каприз с CBL-примером из docs/samples: там для установки размера блока акселератора используется LD C,128 СРАЗУ ЗА LD D,D — это противоречит и accel_r.txt («далее следует команда типа LD A,dat»), и нашему же подтверждённому на gfx констрейнту (CLAUDE.md: «block-size ОБЯЗАН быть immediate операндом LD A,n»). Мы взяли ВЕРИФИЦИРОВАННЫЙ вариант (LD A,n), а не пример — вероятно, у автора размер уже был установлен раньше (заметка в accel_r.txt: «если размер блока был установлен ранее, его можно не устанавливать»), и LD C,128 в примере готовит BC для последующего ADD HL,BC, а не для акселератора.
• Data-порт 0x4F (для OTIR-насоса), блок 128/256 байт.
• Признак запроса блока — бит 7 порта 0xFE — валиден ТОЛЬКО когда CBL реально активен. При выключенном CBL MAME (kbd_fe_r) подтягивает этот бит к 1 всегда (data |= 0xE0) — поэтому трамплин проверяет бит 0xFE.7 не напрямую, а через индирекцию _irq_cbl_hook: пока cbl_open не установил хук, кадровые прерывания даже не читают порт 0xFE (см. Phase 1 — по этой же причине первая версия фильтра была убрана). Официальная документация описывает тот же бит как "старший бит счётчика" адреса аппаратного буфера — по нему же программа определяет, какую половину доливать.
• Насос (_cbl_pump_otir/_cbl_pump_accel) теперь тривиален: _cbl_reqs++; ok = _cbl_fill ? _cbl_fill(_cbl_block) : 0; if (!ok) { _cbl_undr++; ...}. Обычные (не __naked) Си-функции — можно, т.к. трамплин уже сохраняет ВЕСЬ контекст (оба регистровых набора + IX/IY) вокруг вызова хука, что бы функция ни наделала с регистрами.
• Поведение при недоливе — CBL_UNDERRUN_APP/SILENCE (4-й параметр cbl_open, 2026-07-07): по умолчанию (APP, 0) недолив — не забота библиотеки, буфер тишины НЕ аллоцируется вовсе, в CBL доигрывает то, что уже лежало в его аппаратном буфере. SILENCE (1) — насос сам пропихивает тишину (_cbl_silence, malloc'ится В cbl_open() ТОЛЬКО в этом режиме, размером _cbl_block, залит 0x80/0x0000 по формату) — тот же приём, что раньше был жёстко вшит в насос, теперь опционален. cbl_underruns() считает недоливы в ОБОИХ режимах — это только диагностика.
• CBL-путь НЕ чейнится к DSS — личное прерывание CBL, полный сейв контекста (основной набор + теневой AF/BC/DE/HL + IX/IY, т.к. fill() может клобберить что угодно) → EI/RETI напрямую, без 0x0038.
• cbl_open держит те же анти-повторные гарантии, что и irq/ctc: занятый хук → EBUSY, atexit(cbl_close) регистрируется один раз, _irq_table_ref()/_irq_table_unref() для общей IM2-таблицы.
• tests/cbltest: полная матрица (2 насоса × 8 форматов × 4 частоты = 64 комбинации) пилообразного тона, ~1 с каждая; fill_tone() всегда возвращает 1 (period-64 тон никогда не "кончается") — CBL_UNDERRUN_APP без буфера тишины достаточно. Main не поллит ничего — просто ждёт halt()'ом. OTIR+16-бит (16/64) пропускаются заранее (cbl_open вернул бы EINVAL).
• tests/cblwav: потоковая речь (78 КБ) с ДИСКЕТЫ через banked EMM (диск слишком медленный для realtime — клип предзагружается в RAM ДО cbl_open). fill_speech() делает bank_read() из уже загруженной страницы в стейджинг и cbl_push_otir() — физические номера страниц кэшированы в массиве ЗАРАНЕЕ (на этапе загрузки, в main-контексте): mem_get_page() — BIOS-вызов, сам управляет EI/DI, и звать его ИЗ fill() (то есть из ISR) нельзя — его ei при возврате может преждевременно снять маску прерываний, пока мы ещё внутри ISR.
• tests/cblstream: без banked-предзагрузки — чтение с диска ОДНОВРЕМЕННО с воспроизведением; рассчитан на быстрый носитель (HDD). Единственный из трёх тестов, где приложению НУЖНО собственное кольцо: read() — ESTEX-вызов, а fill() зовётся из ISR, где ESTEX/BIOS под запретом — поэтому диск читается ТОЛЬКО в main (в кольцо уровня приложения), а fill_stream() лишь копирует уже готовые байты и пропихивает cbl_push_otir(). НЕ входит в общую сборку (make/ make floppy) — только cd tests/cblstream && make run, свой образ диска.

ISA-вектора, цепочки нескольких хендлеров на одном векторе — не реализовано (см. «Phase 2 (когда понадобится)» ниже).

Щелчок перед первым звуком за сессию (2026-07-07, A/B/C-стенд): на РЕАЛЬНОМ файле (tests/cblwav, потоковая речь) перед началом воспроизведения был слышен щелчок/призвук. Диагностика через tests/cblwav (banked-стрим с пилой, затем с чистой тишиной вместо речи, в одном запуске) показала: щелчок слышен ТОЛЬКО на первом запуске программы после старта MAME и НЕ зависит от содержимого потока (тон / тишина / речь — одинаково). Проверенное на macOS (afplay) воспроизведение исходного speech.pcm — чистое, артефактов в самом файле нет. Разбивка cbl_open() на две записи в порт 0x004E (сначала код частоты, потом enable, с паузой) не повлияла — отменена. Вывод: это одноразовый прогрев звуковой подсистемы MAME при первой активации канала CBL за сессию эмулятора, не баг протокола/драйвера; на реальном железе, скорее всего, отсутствует (см. docs/TODO.md).

Этот документ собирает всё, что мы знаем о прерываниях Sprinter и план реализации user-задаваемых ISR через Z80 IM 2 mode. Когда возьмёмся за реализацию — читать этот файл, чтобы не повторять research.

Зачем нужны прерывания

• Timer ISR (50/60 Hz) — счётчик кадров, плавная анимация без busy-loop, тайминги
• Mouse / keyboard async-обработка — без polling
• Music playback — AY-3-8910, COVOX через прерывания
• Real-time games — input + game logic + render в interrupt-driven архитектуре

Hardware-факты (из docs/converted)

Sources of vector 0xFF

Источник	Detect bit	Частота
Frame (screen refresh)	(default if none of below)	50/60 Hz
Keyboard	port 0x19 (COM_A) bit 0	event-driven
CBL/COVOX (sound)	port 0xFE bit 7 (sample request)	sample-rate-dependent
Mouse	— (hardware interrupt not wired)	—
ISA	другой vector (configurable)	depends

Источники:

• docs/converted/Forum.txt:956 — кадровые и клавиатурные прерывания приходят с vector 0xFF; различаются по bit 0 порта 0x19. От мыши прерываний нет
• docs/converted/Forum.txt:758-764 — CBL также vector 0xFF, отличить по bit 7 порта 0xFE
• docs/converted/IvanMak.txt:1086 — READ_KBD: IN(0x19), bit 0 = "байт принят"; затем IN(0x18) = data byte; нужно drain FIFO (до 3 байт)
• docs/converted/IvanMak.txt:1471 — ВАЖНОЕ ОГРАНИЧЕНИЕ: vector table + ISR + stack ОБЯЗАНЫ быть в области 0x8000..0xBFFF (window 2). Иначе BIOS будет отключать прерывания на каждой вызове функции

Что DSS делает в своём ISR (предположения, требует verification)

DSS shell имеет свой IM 2 handler:

• Drain'ит keyboard FIFO в свой буфер (читается через ESTEX WAITKEY/SCANKEY)
• Возможно обновляет ESTEX SYSTIME ($21) tick counter
• Возможно poll'ит mouse (хотя hardware-IRQ от mouse нет — может быть software polling)
• Refresh курсора мыши (он же видимый и движется в shell)

Без chain'инга к DSS:

• Сломается клавиатура (ESTEX kbd functions не получат байты)
• Может сломаться SYSTIME counter
• Может перестать обновляться mouse cursor

IM2-трюк

Стандартная схема для одиночного ISR address:

1. Аллоцировать 257-байтный буфер заполненный одинаковым байтом H
2. Загрузить I = H (например H=0xA3 → table at 0xA300, обращения 0xA300..0xA400)
3. При прерывании CPU читает байт по (I<<8)|v и следующий
4. Если оба байта = H → ISR address = (H<<8)|H = HHHH
5. По адресу HHHH положить jp real_isr

Поскольку для нас интересен только vector 0xFF: read bytes at (0xA3FF) and (0xA400). Если table заполнена H=0xA3 — оба байта читаются как 0xA3. ISR_ADDR = 0xA3A3. По адресу 0xA3A3 кладём 3-байтовый jp _trampoline.

Предлагаемый дизайн

Public API (libc/include/irq.h)

typedef void (*isr_t)(void);

int  irq_install(isr_t handler);  /* 0 OK, -1 error (already installed) */
void irq_remove(void);

/* Convenience macros — wrap DI/EI when modifying volatile globals
 * shared between main and ISR. */
#define IRQ_DISABLE()  __asm di __endasm
#define IRQ_ENABLE()   __asm ei __endasm

Пример использования:

volatile uint16_t ticks = 0;
void on_tick(void) { ticks++; }

int main(void) {
    irq_install(on_tick);
    uint16_t start = ticks;
    while (ticks - start < 50) { /* wait 1s */ }
    irq_remove();
}

Внутренности

Аллокация vector page:

• Static buffer 513 байт в _BSS (sprinter.lib).
• Размер 513 = 256 (выравнивание) + 257 (сама table) — в худшем случае выравнивание тратит 256 байт.
• Внутри буфера ищем 256-byte aligned адрес. SDCC может не поддерживать __attribute__((aligned(256))) — придётся через ассемблер с .area _BSS_ALIGNED и линкер-флаг для выравнивания, или через runtime поиск aligned position.
• Alternative: заранее линкуем vector page по фиксированному адресу через linker flag -Wl-b_VECTORS=0xA300 (как у банков). Стабильнее.

Trampoline в W2:

• Маленький asm-блок (~50 байт) который:
  1. ex af,af'; exx; push ix; push iy — сохранить ВСЕ регистры
  2. in a, (0xE2); push af — сохранить current W3 page byte
  3. in a, (0x19); bit 0, a; jr z, _not_kbd — keyboard?
     • keyboard path: chain to DSS old ISR (jp/call to saved address)
  4. in a, (0xFE); bit 7, a; jr z, _not_cbl — CBL? (Phase 2)
  5. Frame path: ld hl, (user_handler); ld a, h; or l; jr z, _no_user; call hl_indirect
  6. pop af; out (0xE2), a — restore W3
  7. pop iy; pop ix; exx; ex af,af'; ei; reti

Где живёт trampoline:

• Для tiny mode: _CODE = W2 → естественно
• Для big mode: _CODE = W2 → естественно
• Для small/huge: _CODE = W1, но trampoline ДОЛЖЕН быть в W2 (W1 может swap'нуться)
• Решение: новая linker area _TRAMP_W2 с absolute address в W2 (например 0xBE00). sprinter-cc размещает её через -Wl-b_TRAMP_W2=0xBE00. trampoline.s помечает себя .area _TRAMP_W2.

Chain to DSS:

• В irq_install:

  ld a, i              ; A = current vector page high byte
  ld (old_I), a
  ld h, a
  ld l, #0xFF
  ld a, (hl)           ; A = vector_high (= old_I по trick'у)
  ld d, a
  ld e, a              ; DE = address of DSS's IM2 jp
  ld hl, (de)          ; HL = DSS's old jp target
  ld (dss_old_isr), hl
  

• В trampoline keyboard-path:

  ld hl, (dss_old_isr)
  push hl
  ret                  ; jumps to DSS ISR which ends with EI; RETI
  

• Опасность: DSS's ISR может предполагать что регистры свежие (как только что от CPU) → возможно нужно НЕ saving некоторые регистры до chain'а

irq_remove:

• DI
• Restore I to old value
• Restore IM mode (обычно был IM 2 → IM 2; редко IM 1 if shell upgraded)
• Free vector page if dynamically allocated
• EI

Ограничения user handler'а

User's ISR может:

• Читать/писать volatile globals
• Делать дешёвые арифметические операции
• Менять g_text_attr (но не вызывать putch/cputs)

User's ISR НЕ должен:

• Вызывать printf / puts / malloc / любые ESTEX/BIOS функции — они могут не быть re-entrant
• Использовать gfx_* — они swap'ят W3, наш trampoline уже сохраняет порт но если внутри ISR будет повторный swap то trampoline не сможет восстановить
• Запускать accelerator (LD D,D и т.д.) — accel меняет систему команд CPU
• Долго работать — ISR должен быть быстрым (< 1ms), иначе пропустим следующий

Открытые вопросы

1. Что именно DSS делает в своём ISR — disassemble DSS или вызвать его с инструментировкой
2. ld a, i semantics на Sprinter — на Z80 P/V flag отражает IFF2; нужно для save/restore
3. Alignment vector page — найти SDCC-совместимый способ: либо linker absolute area, либо runtime align внутри 513-байтного буфера
4. Re-entrancy ESTEX из main во время ISR:
   • Если main вызывает ESTEX и в это время приходит interrupt → DSS chain'инг должен работать корректно (DSS уже спроектирован под IM 2)
   • Если main вызывает BIOS (RST 8) — это отключает прерывания на время вызова, OK
5. Memory budget — vector page 513 байт в BSS уменьшит heap. В tiny mode с heap ~10KB это ~5%. OK.

Phase 1 acceptance

• examples/irq_test/ — счётчик тиков растёт с 50 Hz
• Клавиатура продолжает работать через DSS chain (можно прервать тест клавишей)
• Корректный exit — DSS shell получает управление обратно без crash
• Работает во всех memory modes (tiny, small, big, huge)
• Memory note memory/sprinter_im2_isr.md с описанием ABI и ограничений

Phase 2 (когда понадобится)

• CBL/COVOX prerequisite handler — реализован, см. «Phase 2b» выше
• ISA interrupt handler (для ZX-Bus карт)
• Multiple user handler chain (e.g. tick + sound)

Альтернатива: отдельный memory mode "im2"

Идея: вместо того чтобы крутить trampoline location во всех существующих режимах, сделать отдельный --memory im2 который:

• Forces CODE в W2 (как tiny)
• Reserves определённый адрес в W2 под vector page и trampoline (например 0xBE00..0xBFFF)
• crt0_im2.s ставит IM 2 в начале (заменяет DSS handler с chain)
• crt0_im2.s восстанавливает на exit

Плюсы:

• Меньше matrix-сложности (irq работает только в одном mode)
• Можно агрессивно reserved'ить W2-память
• Тестируется как единое целое

Минусы:

• Программам приходится явно выбирать --memory im2 для использования прерываний
• Дублирование crt0 и runtime

Текущее предложение — пойти этим путём (отдельный mode) для v2, не лезть в существующие crt0.

Внешние ссылки

• docs/converted/IvanMak.txt:1040-1054 — секция 9.3 "Прерывания от ISA" + 9.4 "AT-Клавиатура"
• docs/converted/IvanMak.txt:1469-1473 — IM 2 ограничения (table/stack/ISR в W2)
• docs/converted/Forum.txt:758-764 — CBL interrupt discrimination
• docs/converted/Forum.txt:956 + :1049 — vector 0xFF disambiguation
• docs/converted/Parinov.txt:601 — IM 1 alternative (handler по адресу 0x0038, не наш путь)

История

• 2026-06-01 — research собран в этот документ, реализация отложена до v2