Александр Петров
367 lines
32 KiB
Markdown
367 lines
32 KiB
Markdown
# Отладка исходников: реализация и результаты
|
||
|
||
Дата: 2026-09-16. План: [mame-source-debug.md](mame-source-debug.md).
|
||
Реализованы сборка/карта, проверенный транспорт, базовая C-сессия,
|
||
постоянный session server, DAP MVP, VS Code launch и build task. MCP C-уровня,
|
||
безопасный restart и расширенная отладка ещё не готовы.
|
||
Этапы плана не считаются завершёнными целиком по одному успешному репро.
|
||
|
||
## Статус платформ
|
||
|
||
- **macOS:** текущий end-to-end цикл проверен, включая backend `sdbg` и
|
||
одновременную работу VS Code со штатным `osx` debugger MAME.
|
||
- **Linux:** ожидается работа через `sdbg`, `qt` или `imgui`, но полный
|
||
живой прогон ещё не выполнен.
|
||
- **Windows:** весь функционал пока работать не будет. Provider
|
||
`debugger: "windows"` открывает штатный debugger MAME, однако host-часть
|
||
использует `fcntl`, Unix domain sockets и Unix launcher. Native Windows
|
||
launch/attach из VS Code официально не поддерживается до реализации
|
||
переносимого транспорта, блокировки, запуска и end-to-end тестов.
|
||
|
||
## Доступно сейчас
|
||
|
||
- `bin/sprinter-cc --src-debug` и повторяемый `--src-debug-file FILE`.
|
||
- `app.mk`: `SRC_DEBUG=1` либо `SRC_DEBUG_FILES=...`; выбор интерпретатора
|
||
через `PYTHON` в make и `SPRINTER_PYTHON` у обёртки. В проекте используется
|
||
local pyenv Python 3.12 (`.python-version`); личный путь не зашит в код.
|
||
- Уникальные имена CDB-позиций и TU, включая повторные метки внутри одного
|
||
модуля. Публичные C/asm-символы и инструкции не переименовываются.
|
||
- Сборка в отдельном временном каталоге с проверкой пакета перед публикацией.
|
||
Ошибка compiler/linker/парсера сохраняет предыдущие EXE и пакет.
|
||
Конкурентные debug-сборки одного output сериализованы; одновременная
|
||
обычная и debug-сборка одного output пока не поддерживается.
|
||
- Manifest: build ID, хеш EXE/артефактов/исходников/включённых заголовков,
|
||
сохранённые исходники, параметры памяти, команды, версия SDCC и выбранные TU.
|
||
Зависимости собираются также для TU без карты в пер-модульном режиме.
|
||
- Проверяемый JSON-индекс `.sdbg.json`, offline CLI функций, переменных,
|
||
символов и соответствия C/asm/адресов. Банковые адреса учитывают секцию
|
||
и окно huge/big; банк данных не трактуется как резидентная память.
|
||
- Пересборка make при смене команды/содержимого зависимостей. Быстрая правка
|
||
заголовка не зависит от секундной точности mtime; повторный make без
|
||
изменений не вызывает compiler.
|
||
- Отдельный плагин `toolchain/mcp/sdbgbridge`, загружаемый непосредственно
|
||
из репозитория через pluginspath. Он не заменяет существующий mamebridge
|
||
и не требует копирования изменённых файлов в игнорируемое дерево MAME.
|
||
- Версия протокола, ID сессии, generation, атомарные файловые ответы,
|
||
ограниченный журнал событий, stopped snapshots, чтение logical memory
|
||
с отключёнными side effects, pause/continue/instruction step и точки
|
||
с проверкой владения. FileBridge запрещает повтор mutations после timeout.
|
||
- `DebugSession` проверяет EXE, Intel HEX и исполняемые байты реально
|
||
загруженного resident/current-bank образа перед интерпретацией PC. Он читает
|
||
`_bank_pages`, отвергает нули/дубликаты и учитывает, что state MAME хранит
|
||
старшие флаги над 8-битным значением page-port.
|
||
- Точки по строке и функции, удаление логической группы, `where` и чтение
|
||
поддержанных 1/2/4-байтных global/static. Банковская точка получает условие
|
||
по I/O page-port (`ib@e2==...` для W3), формируемое самим plugin; произвольная
|
||
debugger expression через этот вызов не принимается. Resident-объект или
|
||
bank-data не читается, если его физическая страница сейчас закрыта.
|
||
- Bootstrap живого теста не держит entry-breakpoint во время загрузки DSS.
|
||
Он активирует единственную service-точку перед вводом команды запуска,
|
||
сверяет сигнатуру/образ на `main`, а исходные точки ставит после attach.
|
||
Банковые пользовательские точки нельзя безопасно активировать до заполнения
|
||
`_bank_pages`, поэтому они намеренно создаются после runtime init.
|
||
- `sdbg_server.py` — единственный долгоживущий владелец backend. Локальный
|
||
Unix JSON-RPC допускает несколько клиентов, сериализует команды, хранит
|
||
логические группы и события. `set_source_breakpoints` и
|
||
`set_function_breakpoints` создают новый disabled-набор, при ошибке удаляют
|
||
его, затем заменяют прежний набор и активируют точки.
|
||
- Session server проверяет `snapshot` и при остановленном CPU раз в 0,5 с:
|
||
reset/state load инвалидирует сессию, потеря MAME приводит к закрытию после
|
||
ограниченного timeout backend. Если выполнение продолжено из родного окна
|
||
debugger MAME, server сообщает DAP смену состояния. Закрытая сессия всегда
|
||
выдаёт DAP `terminated`, даже если событие `invalidated` выпало из журнала.
|
||
- DAP MVP и минимальное VS Code-расширение: attach к session server,
|
||
source/function breakpoints, один достоверный frame, registers,
|
||
поддержанные globals/statics, evaluate одного имени, continue/pause и
|
||
instruction step. F11 идёт до другой C-позиции, F10 использует MAME `over`,
|
||
Shift+F11 выходит через bank trampoline до C-позиции caller. Автомат имеет
|
||
предел 512 машинных операций и сохраняет приоритет пользовательской точки.
|
||
Длинный вызов с ожиданием внешнего ввода не блокирует DAP; Pause доступен.
|
||
Неподдержанные setVariable, disassemble, restart/terminate не рекламируются
|
||
либо возвращают явную ошибку.
|
||
- Собственное расширение является обязательной Sprinter-частью интеграции:
|
||
готовые C/C++ или clangd можно добавить для редактирования, но они не знают
|
||
source-debug package, DSS, банки и MAME DAP. Версия 0.2.0 даёт TaskProvider
|
||
для приложений с `app.mk`, команду Build Active Project и автоматическую
|
||
debug-сборку перед F5. Она использует `make SRC_DEBUG=1` и local Python 3.12;
|
||
ошибки SDCC с файлом/строкой попадают в Problems. Код сборки проверяется
|
||
самим расширением: при ошибке MAME не запускается. VSIX 0.2.0 собран и
|
||
проверен в отдельном workspace SprPoP. Run-команда, расширенные
|
||
linker/assembler diagnostics и выбор profile/EXTRA_DATA остаются
|
||
следующими шагами.
|
||
- DAP `logMessage` без пересборки: разрешены литералы, `{{`/`}}` и только
|
||
подстановки `{variable}`. Session server читает типизированное значение,
|
||
отправляет `output` и продолжает CPU. Совпавшая обычная точка имеет
|
||
приоритет остановки, поэтому logpoint её не проглатывает. Произвольные
|
||
выражения, format specifier и conversion намеренно отвергаются.
|
||
- `<sdbg.h>`: `SDBG_LOG(tag, "total={total}")` и ограниченный
|
||
`SDBG_LOGIF(tag, flag, "...")` создают нулевые asm-якоря только в
|
||
выбранном debug-TU. Метаданные приходят из активного препроцессорного
|
||
потока; package содержит связанный адрес/причину unverified. Session server
|
||
автоматически ставит эти точки после attach, зеркалирует текст в MAME
|
||
debugger console и DAP Debug Console, затем продолжает CPU. Совпавшая
|
||
пользовательская точка по-прежнему останавливает исполнение. Локальные,
|
||
C-выражения и printf-форматы пока не доступны; значения читаются из
|
||
поддержанных global/static объектов, исходное приложение не печатает в DSS.
|
||
DAP event ring ограничен 1024 событиями; если клиент отстал, Debug Console
|
||
показывает число пропущенных событий. Частые logpoints останавливают CPU
|
||
при каждом попадании, их overhead пока не измерен. DAP хранит точный UTF-8
|
||
текст; MAME `printf` получает безопасную проекцию: кавычки заменяются
|
||
апострофом, управляющие символы — пробелами.
|
||
Практический контракт и таблица типов —
|
||
[руководство по SDBG_LOG](sdbg-log-macros.md). Decimal/hex formatter,
|
||
форматированный адрес и значение по ненулевому указателю — задачи финального
|
||
этапа, сейчас не поддерживаются. Для него `char *` задан как строка,
|
||
`int8_t *`/`uint8_t *` — как один 8-битный объект; текущий CDB не
|
||
различает `char *` и `uint8_t *`, поэтому нужна metadata declared type.
|
||
- `sdbg_launcher.py` реализует VS Code launch: создаёт временную дискету,
|
||
копию системного HDD и отдельные state-каталоги, показывает окно Sprinter,
|
||
ждёт DSS, ставит только service-точку `main`, вводит `a:\\NAME.EXE`,
|
||
проверяет сигнатуру entry и запускает session server. Закрытие DAP
|
||
завершает только созданные им server/MAME и удаляет временный каталог.
|
||
|
||
## Использование карты
|
||
|
||
В shell без инициализированных pyenv shims используйте `pyenv exec`:
|
||
|
||
```sh
|
||
pyenv exec make -C tests/hello SRC_DEBUG=1
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg.py --build tests/hello/.sprinter-cc-hello verify
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg.py --build tests/hello/.sprinter-cc-hello map
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg.py --build tests/hello/.sprinter-cc-hello vars
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg.py --build tests/hello/.sprinter-cc-hello line2addr hello.c 33
|
||
```
|
||
|
||
`addr2line` принимает адрес **линковщика** с префиксом `0x`, например
|
||
`0x1c00c`, а не логический PC без информации о банке. Ответ включает
|
||
logical_address, bank, window, функцию, инструкцию `.asm` и все найденные
|
||
исходные позиции. Неизвестный адрес возвращает unknown. Неоднозначности
|
||
не скрываются; изменённый исходник имеет stale-статус, сохранённый текст
|
||
собранной версии остаётся в пакете.
|
||
|
||
Для одной TU: `pyenv exec make -C tests/banked SRC_DEBUG_FILES=bank1.c`.
|
||
Режимы all/selected взаимоисключающие. `--debug` по-прежнему означает
|
||
runtime DEBUG_RT и не включает карту C.
|
||
|
||
Низкоуровневый live CLI работает с уже запущенным `sdbgbridge`; его IPC и
|
||
session ID должны совпадать с окружением процесса MAME:
|
||
|
||
```sh
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg_session.py \
|
||
--build tests/hello/.sprinter-cc-hello \
|
||
--ipc "$SDBG_IPC_DIR" --session "$SDBG_SESSION_ID" attach
|
||
```
|
||
|
||
Доступны `where`, `step`, `continue`, `break-line`, `break-function`,
|
||
`read-variable`, `activate-breakpoints` и `deactivate-breakpoints`.
|
||
Это диагностический однооперационный CLI: логические ID групп точек живут
|
||
только внутри процесса. Для долгой работы и DAP используйте общий session
|
||
server ниже.
|
||
|
||
Предпочтительный режим для нескольких клиентов — один server:
|
||
|
||
```sh
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg_server.py \
|
||
--build tests/hello/.sprinter-cc-hello \
|
||
--ipc "$SDBG_IPC_DIR" --session "$SDBG_SESSION_ID" \
|
||
--socket /tmp/sprinter-sdbg.sock
|
||
|
||
pyenv exec python toolchain/sdbg_client.py \
|
||
--socket /tmp/sprinter-sdbg.sock status
|
||
```
|
||
|
||
VS Code-расширение находится в отдельном репозитории `../VSCode-Sprinter`. В
|
||
Extension Development Host используется attach-конфигурация:
|
||
|
||
```json
|
||
{
|
||
"type": "sprinter-mame",
|
||
"request": "attach",
|
||
"name": "Sprinter MAME: Attach",
|
||
"socket": "/tmp/sprinter-sdbg.sock"
|
||
}
|
||
```
|
||
|
||
В VS Code расширение `0.2.0` находит SDK через `sprinterDebugger.sdkRoot`,
|
||
а Python 3.12 — через local pyenv shim или установленную pyenv-версию.
|
||
Это устраняет зависимость от `PATH` процесса VS Code, открытого из Dock,
|
||
и позволяет отлаживать приложение из отдельного workspace.
|
||
Выбранные пути видны в Output → `Sprinter MAME Debug`; при раннем сбое
|
||
launcher сообщает stderr и последние строки MAME log.
|
||
Интегрированный запуск:
|
||
|
||
```json
|
||
{
|
||
"type": "sprinter-mame",
|
||
"request": "launch",
|
||
"name": "Sprinter MAME: Launch",
|
||
"build": "${workspaceFolder}/tests/hello/.sprinter-cc-hello"
|
||
}
|
||
```
|
||
|
||
Launcher читает text-mode descriptors из VRAM и ждёт стабильный пустой prompt
|
||
`X:…>` 0,25 секунды. `dssTimeout` по умолчанию равен 30 эмулируемым секундам;
|
||
`launchAt` теперь только необязательная нижняя граница. Перед вводом launcher
|
||
сохраняет снимок DSS.
|
||
Пошаговый запуск development-расширения описан в
|
||
[vscode-sprinter-debug.md](vscode-sprinter-debug.md).
|
||
|
||
## Воспроизводимые проверки
|
||
|
||
```sh
|
||
pyenv exec python -m unittest discover -s tests/sdbg -v
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --bridge
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --bridge --banked
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --bridge --banked --server
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --banked --bridge --server --lifecycle-exit
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --banked --bridge --server --lifecycle-load
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --banked --launcher
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --banked --launcher --native-debugger
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --banked --launcher --source-step
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_mame_probe.py --banked --launcher --step-out
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_vscode_dap_probe.py
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_vscode_dap_probe.py --exit-while-stopped
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_vscode_dap_probe.py --stop-while-stopped
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_vscode_dap_probe.py --term-while-stopped
|
||
pyenv exec python tests/sdbg/run_vscode_dap_probe.py --waitkey --manual-key
|
||
```
|
||
|
||
Живой тест использует отдельную дискету, копию системного HDD и отдельные
|
||
каталоги состояния в `build/sdbg-live/`. Общие media и запущенный вручную
|
||
MAME не изменяются. Без `--bridge` проверяется шаг из Lua callback;
|
||
с `--bridge` — отдельный протокол и файловый клиент. `--native-debugger`
|
||
добавляет родное окно к тому же DAP-сценарию. Скрипт, запущенный системным Python <3.12,
|
||
перезапускает себя через local pyenv. Результаты — `result.jsonl`, `mame.log`.
|
||
Остановка процесса в конце bridge-теста относится только к MAME этого теста.
|
||
|
||
Зафиксировано на SDCC 4.5.0 #15242 и MAME v0.287,
|
||
commit `b0c4527c2edb1ee177fd09b3c412b65b385bf35b`:
|
||
|
||
| Проверка | Результат |
|
||
|---|---|
|
||
| Обычная debug-линковка двух TU с общим inline | Воспроизводится rc != 0, `Multiple definition of C$...` |
|
||
| Уникализация debug-символов | Успешная линковка; функции обоих экземпляров различаются |
|
||
| Повторные метки sprinter.h:111 | Сохранены начало и эпилог в каждом из трёх TU: 6 адресов |
|
||
| debug/non-debug probe, banked huge и big | Полные EXE идентичны |
|
||
| Одинаковые basename двух utils.c | Две функции и два независимых статика |
|
||
| bank-data в big | Переменная разрешена в банке 1, окне W1 |
|
||
| Ошибка линковки поверх опубликованной сборки | Предыдущие EXE и manifest не изменились |
|
||
| Испорченный артефакт / изменённый source | Ошибка проверки / явный stale; старый текст сохранён |
|
||
| Пер-модульная карта | Только выбранная TU в карте, все компиляционные зависимости учтены |
|
||
| Быстрая правка header / переключение debug | Пересборка; без изменений повторной компиляции нет |
|
||
| Архив с libc/string/strlwr.c | L-записи попадают в общий CDB, F/S из архивного adb не импортируются |
|
||
| Lua step на main | PC=0x8218 сразу после запроса; PC=0x821B на следующем callback |
|
||
| Порядок DSS → arm → launch | VRAM-detector нашёл стабильный prompt в строке 22 на 4,69 с; только затем включена entry-точка, ложных попаданий 0 |
|
||
| Новый мост, родной debugger | Проверены образ, регистры, `total`: 0 → 42, C-line breakpoint; instruction step около 32–124 мс в отдельных прогонах |
|
||
| Банковская точка huge | Условие через W3 page-port; остановка PC=0xC000 разрешена как linker 0x1C000, bank 1 |
|
||
| Session server + DAP | Owner lock удержан; DAP function breakpoint остановил `worker`; frame сохранил bank 1 |
|
||
| Production launcher | DSS prompt → `main` с `false_hits=0`; backend `sdbg` и опциональный `osx` прошли одинаковый DAP-сценарий, штатный terminate без нового crash report |
|
||
| DAP logpoint + breakpoint | В bank 1 напечатано `bank_value=0`; совпавшая function breakpoint сохранила остановку |
|
||
| Авторский `SDBG_LOG`, 2026-09-15 | Fixture `logmacro`: EXE с/без macro побайтово равны, сообщение отсутствует в EXE; активный wrapper и склейка литералов привязаны к linked-якорю, `#if 0` исключён. Живой DAP launch в `sdbg` и `osx`: `total=1` одновременно в MAME debugger console и VS Code Debug Console, `false_hits=0` |
|
||
| Source F11/F10 | `main`: `0x42bb` → `0x42c1`; F10 выполнил банковский `worker` и остановился в caller на `0x42c9` |
|
||
| Source Shift+F11 | Из `worker` bank 1 выполнен выход через trampoline в `main:6`, `0x42c9` |
|
||
| VS Code stdio DAP launch, 2026-09-15 | Local pyenv shim → DAP → изолированный MAME/DSS → `hello` → `main:17`, PC=`0x8224`; `false_hits=0`, штатный disconnect |
|
||
| F10 через `getchar()`, 2026-09-15 | Асинхронный `next` ответил за 21,49 мс; при ручном `x` в окне MAME `hello.c:62` → `:63`, возврат `DE.low=0x78`; обе клавиатуры включены в изолированном cfg |
|
||
| VS Code TaskProvider Build, 2026-09-15 | Одиннадцать Node-проверок: выбор Makefile рядом с пакетом/в `build/`, команда make с Python shim, SDCC matcher, успешный и неуспешный код задачи, pyenv вне workspace; реальный make в `tests/hello` прошёл, VS Code показал Build → MAME/DSS → `main` |
|
||
| Ошибочная debug-сборка, 2026-09-15 | Изолированный `fault.c` вернул код 2 от make, `file:1: error 20` сохранился, Python traceback удалён; MAME не участвует |
|
||
| Владение и generation | Второй FileBridge и чтение со stale generation отклоняются |
|
||
|
||
Полный host-набор: 39 тестов (38 прошли, один Unix-socket тест пропущен только
|
||
из-за запрета `bind` в sandbox). Тот же socket path проверен живым DAP-запуском.
|
||
После разделения репозиториев установленный VSIX в изолированном профиле
|
||
VS Code запустил сборку SprPoP и остановился в `src/sprpop.c:264` (`main`)
|
||
через API extension host. Новый живой пробник закрытия собственного MAME
|
||
при остановке в `hello/main` подтверждает DAP `terminated` после внезапной
|
||
потери процесса. Штатный DAP launch в `hello/main` также повторно прошёл
|
||
с `sdbg` и опциональным `osx` debugger provider.
|
||
Первоначально прямой `SIGTERM` остановленному MAME не давал DAP `terminated`:
|
||
через 12 секунд процесс оставался живым. Причина: SDL3 по умолчанию
|
||
преобразует `SIGTERM` в `SDL_EVENT_QUIT`, а SDL3 OSD MAME это событие
|
||
не обрабатывает. Launcher теперь выставляет `SDL_NO_SIGNAL_HANDLERS=1`
|
||
только для своего MAME, если переменная не задана пользователем. Повторный
|
||
живой прогон подтвердил `SIGTERM` → DAP `terminated`; DAP `disconnect`
|
||
(VS Code Stop) завершил MAME и адаптер с provider `sdbg` и `osx`.
|
||
Отдельный патч MAME для этого
|
||
не требуется. Закрытие окна по-прежнему проверено только через тот же
|
||
`schedule_exit()` в исходнике MAME, без автоматического UI-клика.
|
||
|
||
Живой lifecycle-пробник на банковой программе теперь прошёл с `sdbg` и
|
||
опциональным `osx` provider. На остановке в `main` Lua вызвал
|
||
`machine:exit()`: MAME вышел с кодом 0, DAP получил `terminated`, старый
|
||
session server отверг запрос. Закрытие SDL3-окна в MAME вызывает тот же
|
||
`schedule_exit()`; физический клик по кнопке окна не автоматизировался.
|
||
При save/load state пробник после сохранения поставил банковую точку,
|
||
загрузил сохранённое состояние и получил `terminated`; post-load проверка
|
||
`bplist()` показала ноль оставшихся точек, старый session server отверг
|
||
запрос. Для save/load пробник продолжает CPU после планирования операции:
|
||
эти команды MAME сами не выводят CPU из debugger stop-loop.
|
||
|
||
Это репро доступности механизма, а не полный benchmark или проверка всех
|
||
runtime/mapping/lifecycle. Отдельная публикация debug-библиотек требует
|
||
добавления метаданных извлечённых архивных модулей; одних флагов --debug
|
||
недостаточно. Режим библиотек пока не включён.
|
||
|
||
## Новое ограничение MAME
|
||
|
||
`src/osd/modules/debugger/none.cpp::wait_for_debugger()` вызывает `go()`.
|
||
Поэтому `-debugger none` автоматически продолжает CPU при остановке.
|
||
Автономные logpoint actions с ним возможны, ожидание интерактивных команд
|
||
в stopped-состоянии — нет. Поэтому добавлен provider `sdbg`: он возвращается
|
||
в stopped-loop после короткого sleep, а ядро вызывает Lua periodic перед каждой
|
||
итерацией. Во время остановки CPU обычная обработка событий окна не работает:
|
||
ранний `sdbg` только спал, отчего macOS помечала MAME «не отвечает» и окно
|
||
не открывалось через Cmd-Tab/Dock. Provider теперь опрашивает события
|
||
активного OSD примерно 100 раз в секунду (в текущем macOS SDL3 build:
|
||
`input_update(false)` и `process_events()`; в native macOS OSD:
|
||
`MacPollInputs()`). Новый бинарник проходит DAP launch до `main`; пользователь
|
||
подтвердил, что при остановке в `main` окно снова открывается через
|
||
Cmd-Tab/Dock. Регрессионный DAP-проход через `getchar()` с клавишей `x`
|
||
также завершился на следующей строке с кодом `0x78`.
|
||
Воспроизводимый patch, установщик и сборочные рецепты находятся в отдельном
|
||
`../MAME/scripts/sprinter/`. Provider `osx` остаётся
|
||
доступной launch-опцией и проверен одновременно с DAP. Для непатченного MAME
|
||
можно использовать `auto`: штатные варианты — `osx` на macOS, `windows` в
|
||
native Windows build, `qt` или `imgui` в Linux. `qt` зависит от
|
||
`USE_QTDEBUG=1`, а `imgui` требует графическое окно. Windows-версия самого
|
||
host-моста пока не готова: FileBridge использует `fcntl`, server — Unix socket.
|
||
|
||
Также startup debugscript с `g` может продолжить первое реальное попадание;
|
||
живой bridge-тест не использует такой скрипт. Повторная загрузка autoboot
|
||
на reset защищена от дублирования callback. Старый mamebridge параллельно
|
||
с sdbgbridge не загружать: общая арбитрирующая сессия ещё не реализована.
|
||
Два одновременно запущенных процесса MAME через MCP bridge не проверялись;
|
||
корректная маршрутизация команд между ними не гарантируется. Это отдельная
|
||
отложенная задача в [TODO.md](TODO.md).
|
||
|
||
## Размерный регресс и оставшаяся работа
|
||
|
||
`make size-check` теперь проходит (46 свежих карт). Прежние 12 расхождений
|
||
разобраны: `open()` добавил 9 байт после исправления режимов DSS;
|
||
`openenv` содержит ещё новый регрессионный тест; прежний размер `w3bgfx`
|
||
был снят по несвежей карте. Подробное сравнение с исходной ревизией и
|
||
правила обновления эталона — в
|
||
[плане разделения](project-reorganization.md).
|
||
|
||
Hard reset из RPC был удалён после воспроизводимого падения MAME 0.287:
|
||
старый Lua periodic callback обращался к `debugger_manager` во время нового
|
||
`running_machine::start()`. Reset notifier теперь только инвалидирует plugin,
|
||
а live-пробник прекращает работу callback до рестарта. До отдельного
|
||
безаварийного репро reset/restart capability не публикуется.
|
||
Crash reports в 19:22/19:23 относились к неподдержанному register symbol в
|
||
условии MAME; публичный протокол теперь принимает только window/page и plugin
|
||
строит проверенное условие через I/O port. После штатных прогонов в 20:43 и
|
||
позже новых `mame.arm-*.ips` не появилось.
|
||
|
||
Далее по плану: сделать MCP-адаптер, безопасный restart и расширенные
|
||
выражения. VSIX уже упакован;
|
||
для IDE ещё нужны Run-команда, выбор профиля
|
||
сборки/данных и расширенная диагностика assembler/linker.
|
||
Базовый attach уже проверяет принадлежность resident/current-bank к build,
|
||
но не умеет читать неотображённую physical RAM. Нет автоматического чтения
|
||
неотображённого bank-data, локальных или backtrace.
|
||
|
||
Пути исходников в текущем пакете абсолютные. Снимки и уникальные TU уже
|
||
есть, переносимый source mapping — следующая доработка. Пока библиотечные
|
||
описания и отдельные форматы CDB не поддержаны, карта сообщает ограничения.
|