Порт PoP переехал в applications/SprPoP — приложение, которое собирается само: код, оригинальные данные, конверторы ресурсов и сборка внутри одной папки. Наружу знает единственный путь — корень тулчейна (SPRINTER_ROOT, по умолчанию ../..). applications/PoP/roomtest ЗАМОРОЖЕНА и остаётся архивом закрытых задач, багов и исполненных планов. Скопировано из applications/PoP/roomtest@4b74478. Перенос проверен побайтово: собранный sprpop.exe совпал с roomtest.exe того же коммита, все 39 дисковых ресурсов и все 16 генерируемых заголовков — тоже, host- тесты зелёные (15/15). Раскладка: src/ рукописный C (roomtest.c -> sprpop.c) gen/ генерируемые заголовки, в репозитории assets/orig/ оригинальные данные игры, вне репозитория (копирайт) assets/packed/ то, что ложится на диск, в раскладке диска tools/ конверторы; все пути — в одном tools/paths.py build/ выход: exe, каталоги ресурсов, hdd/, промежуточные atl/ Сборка ресурсов: assets/packed и gen — версионируемые ВХОДЫ, а не то, что пересчитывается каждым make. Автоматика построена на ОТСУТСТВИИ файла, а не на таймстемпах: git не хранит времена, и в свежем клоне сравнение по времени превращалось бы в лотерею. Недостающий ресурс или заголовок чинится сам, рекурсивным вызовом в ветку генерации. Музыка собирается из любого из четырёх наборов записей (make music-mp3, music-mt32, ...); набор входит в имя stamp'а, поэтому смена набора сама делает музыку устаревшей. Длины реплик больше не захардкожены: упаковщик печатает их в gen/pop_music_ticks.h, и шкала сцены выражена через них — иначе mt32 (реплики на 6% длиннее) молча ломал катсцену. Тулчейн: в app.mk два обратносовместимых крючка (SRC_DIR/BUILD_DIR), HDD_IMG стал ?=; команда сборки roomtest не изменилась. Корневой make host-tests переключён на SprPoP. Подгонка тайминга катсцены с принцессой (PV_MAGIC_LEAD): сцена render-bound и идёт ~49 тиков/с вместо 60, из-за чего кода реплики приходила раньше молнии. Это обход, а не лечение; разбор с замерами — docs/BUGS_OPEN.md, записи SND-PACE-DEAD, PV-RENDER-BOUND, MUS-LEFT-TEAR. Co-Authored-By: Claude Opus 5 <noreply@anthropic.com>
8.0 KiB
Идеи и вопросы «на подумать» (PoP)
Не план работ, а список того, что осознанно отложено: каждая запись — гипотеза с причиной, по которой её стоит проверить, и с тем, что мешает сделать это прямо сейчас.
Зелье «переворот экрана» (upside-down)
Вопрос пользователя (2026-08-01). Тайлы фона у нас лежат строками, а
кадры Кида/стражей — КОЛОНКАМИ (transpose_cols в pop_pack_kid.py, ради
бесплатного горизонтального зеркала). Значит вертикальный переворот для
персонажей заметно сложнее, чем для фона. Верно; но прежде чем это чинить,
надо знать три факта.
Факт 1 — когда оно вообще нужно. Зелье переворота — тип 4
(proc_get_object, seg006.c:1885 → toggle_upside()). Скан всех уровней
по данным (res200N.bin, тайл 10 = зелье, тип в backtable): тип 4
встречается впервые на уровне 9 (две склянки), и больше нигде. Тип 3
(перо, медленное падение) — уровень 7. То есть до уровня 9 механика не
нужна вообще, и «на первом этапе просто не реализовывать» — не компромисс,
а точное соответствие данным уровней 1..8.
Факт 2 — что именно делает оригинал. НЕ переворачивает спрайты.
flip_screen (seg009.c:1042) → flip_not_ega (seg009.c:1023) меняет
местами СТРОКИ готового offscreen-буфера (top↔bottom, порядок пикселей
внутри строки не трогает — это вертикальное зеркало, не поворот на 180°).
Вызывается вокруг отрисовки кадра целиком (seg003.c:296..301): перевернул
буфер → дорисовал → перевернул обратно. Так что в оригинале это
post-process всего экрана, и вопрос «как перевернуть колоночный спрайт»
там просто не возникает.
Факт 3 — почему нам этот приём не подходит как есть. У нас нет шага «готовый offscreen → экран»: рисуем прямо в видеостраницу, а heal берёт фон из ОЗУ-копии этой же страницы. Переворот всей страницы построчно — это 320×192 Б копирования КАЖДЫЙ кадр, что мимо бюджета на порядок.
Варианты, которые надо будет взвесить (не сейчас):
- Предпечённые перевёрнутые атласы. Второй набор кадров
Кида/стража, перевёрнутый по вертикали ещё в
pop_pack_kid.py(там уже есть транспонирование — добавляется одной строкой). Рантайм: выбор набора + зеркальная арифметика Y. Память: ещё ~28 страниц EMM при бюджете ~3.3 МБ — не проблема. Похоже, самый дешёвый по тактам путь. - Фон рисовать с обратным Y — для row-major тайлов строка остаётся непрерывным accel-прогоном, меняется только адрес назначения; цена — вызов на строку вместо вызова на тайл. Померить, прежде чем закладывать.
- Аппаратная помощь — до проектирования проверить, есть ли у
акселератора направление копирования «вниз» (обратный инкремент адреса);
если есть, вариант 1 может и не понадобиться. Смотреть
docs/new/06-accel.mdиdocs/reference/accel_r.txt.
Почему не сейчас. Уровни 1..8 этого не требуют, а к уровню 9 у нас уже будет ответ на вопрос «сколько стоит кадр» (задачи CLIP-1/T-2) — без него выбирать между вариантами выше бессмысленно.
Заменить генератор псевдослучайных чисел
Сейчас стоит LCG оригинала, шаг на ассемблере (~1 020 тактов), бит-в-бит
совместимый с SDLPoP. Есть более дешёвые Z80-генераторы (86–148 тактов),
но потолок выигрыша — 2 814 тактов за кадр, 0.65 %, и он растворяется в
обёртках вызова. Тексты процедур, разбор качества и порядок действий —
prng_alternatives.md. Первый шаг там не про генератор: слить приведение
к диапазону в ту же asm-процедуру, чтобы на вызов был один call, а не три.
Отключать мышь на время игры
Гипотеза. Мышь на Sprinter — источник прерываний (обёртки RST 30h,
см. memory mouse_api). Игре она не нужна вообще: управление —
raw-клавиатура (<kbd_raw.h>), которую мы и так забираем у DSS целиком.
Значит каждое мышиное прерывание за кадр — украденные такты в бюджете,
который у нас и без того занят на 86 %.
Откуда взялось (2026-07-30). При замере бюджета по 100 кадрам три кадра выбились до 552–647 К тактов (1.28–1.51 кадра) при типичных 371 К. Причиной оказалось движение мыши на ХОСТЕ: при неподвижной мыши 225 кадров подряд прошли без единого превышения. То есть эффект реальный и измеримый, просто в тесте он был наведён извне.
Что проверить.
- Есть ли у драйвера мыши (RST 30h) функция «выключить/включить» — разобрать список из 14 обёрток; если нет явной, посмотреть, что делает «hide cursor» и снимает ли она обработчик.
- Сколько тактов реально стоит одно мышиное прерывание на нашем железе (замер: breakpoint на входе ISR + totalcycles, при движении мыши).
- Не ломает ли отключение выход в DSS: состояние обязано
восстанавливаться при
exit, включая аварийный (atexit).
Почему не сейчас. Выигрыш проявляется только когда игрок реально
двигает мышью, то есть в норме его нет; а риск оставить систему без мыши
после выхода — заметный. Делать после того, как закроем стражей и
займёмся бюджетом всерьёз (там же, где батчинг кроссбанковых вызовов и
возможный возврат pop_bg в резидент --w3).